Статья в газете «Рэспублiка», №12 (6162), 22 января, 2015

Статья в газете «Рэспублiка», №12 (6162), 22 января, 2015

ДЕНЬГИ В МОЗГИ

Наукоемкость нашего ВВП уже много лет находится на уровне меньше процента. В то же время в развитых странах крупные предприятия на собственное инновационное развитие направляют не менее 3—5% своей прибыли. И это, не считая других возможных источников финансирования разработок. Например, деньги берут из венчурных фондов. У нас пока только поговаривают о том, что такие структуры, созданные по всем канонам и правилам, вот-вот появятся. Хочется сказать: поскорее бы. Десятки ученых, изобретателей, рационализаторов ждут того часа, чтобы попытаться продать свои наработки. Считается, что ежегодно в стране создается 5—7 инноваций мирового уровня. Не найдя достойной подпитки, они уходят в песок. 

Говорят, предпосылки для создания в Беларуси венчурных фондов существуют, и давно. Более того, ни структурных, ни законодательных, ни даже налоговых ограничений для того, чтобы они начали появляться, нет. В нашей стране элементы венчурного финансирования определены Указом Президента № 174 «О совершенствовании деятельности Белорусского инновационного фонда», подписанным еще в 2008 году. Благоволит ситуации и то, что у нас довольно активно развивается так называемое стартап-движение, которое генерирует по нескольку сотен бизнес-проектов в год, в том числе и инновационных. Однако до создания частного венчурного фонда пока не дошло — все дело в высоких ставках по кредитам. Согласитесь, когда львиную долю прибыли по проекту надо будет отдать банку в виде процентов, любое желание инвестировать попросту отпадет. Даже в самый перспективный проект.
 
Однако венчурный бизнес изначально считается высокорисковым, и инвесторы заранее готовы к тому, что стартап может «не выстрелить», а все вложенные деньги будут списаны в потери. Более того, нормальной считается ситуация, при которой успеха добивается лишь один стартап из нескольких сотен, да и окупаются они порой очень долго — до 5—7 лет. Тут бы именно частную инициативу приложить. Ведь с точки зрения бюджетной политики и логики органов, отвечающих за сохранность бюджетных средств, вложение государственных инвестиций в «невыстреливший» проект есть не более чем растрата, нецелевое использование средств и соответствующая статья Уголовного кодекса. Как в случае провала проекта фонд и стартаперы будут объяснять, что средства были потрачены хотя и целевым образом, но безвозвратно и никакой пользы и прибыли государству при этом не принесли?
 
Западная статистика показывает, что для окупаемости фонда достаточно, чтобы 10% профинансированных проектов находили коммерческий успех. То есть если каждый десятый проект будет реализован, то доходы от него покроют все затраты венчурного фонда. 
 
О том, что венчурный фонд, да к тому же еще и белорусско-российский, появится на свет в 2015 году, недавно сообщил председатель Государственного комитета по науке и технологиям Александр Шумилин. Пока подробностей не сообщили. Но, по всей видимости, это будет «дочка» уже существующей российской структуры. «Мы сейчас ведем переговоры с российской венчурной компанией по созданию в Беларуси первого белорусско-российского венчурного фонда. Планируется, что до конца года он уже будет работать. Совместный венчурный фонд будет создан, чтобы разработчики могли получить инвестиции для реализации своих проектов», — отметил глава ГКНТ. 
 
Беларусь в этом совместном проекте, ясное дело, будет представлять Белорусский инновационный фонд. Он был создан давно, но, по словам специалистов, пока особых успехов не снискал. Просто средства, которые находятся в этом целевом фонде, в каком-то смысле слова ограничены. «Сегодня ресурсы БИФ — это всего лишь Br 40 млрд., а количество заявок уже в 3—4 раза больше, — посетовал председатель ГКНТ. — В Беларуси очень много хороших проектов, которые могли бы быть профинансированы. Создание подобного фонда — значимый проект, ведь очень важно, чтобы молодые разработчики получили возможность реализации своих идей и условия для создания собственного бизнеса».
 
Автор публикации: Александр Бенько